В попу

Секс в мечтах

Добавил: admin | Дата: 12-01-2015, 14:38

Секс в мечтах

 

Начну я с того, что скажу – это мечты. Переживаемые, приходящие и неотступно следующие за мной многие месяцы. Я не знаю как избавиться от этого…этого бреда, как его понимает большинство «абсолютно нормальных» людей. Может изложенные они обретут свою жизнь…а может еще сильнее захватят меня…время покажет.

Я с детства замечал за собой странную особенность – мне нравилась женская обувь на каблуке. Нет, не смотреть. Одевать. Ну и что, спросите вы. А я вам отвечу, что парень не будет щеголять в туфлях со шпилькой. И тем не менее, каждый раз, когда мне выдавалась возможность я бежал и одевал сначала мамины, а потом и свои, кровно купленные, туфельки и сапоги.

Если бы дело было только в обуви…мне все больше нравилось примерять, а себе девичий облик целиком, полностью – чулочки или колготы, мини-юбка (так что бы облегала, обволакивала все), потом нижнее белье – трусики стринги (ах как я балдел когда в первый раз тонкая полосочка впилась мне в разрез ягодиц), лифчик потуже, платья, блузки. Особенно нравился «офисный» стиль – черный низ, белый верх.

Долго мучался с грудью – даже хотел купить накладные протезы, да вот не срослось пока. Далее была косметика – часы умопомрачительных (и часто бездарных) экспериментов по завершению образа. Я оставался дома, один, когда все уходили, часто выдумывал кучу причин, что бы не идти на работу – лишь бы побыть своей…второй, женской половинкой. И вот однажды я «доигрался». В одну летнюю ночь, особенно душную я, плавая между сном и явью….

В кафе самообслуживания было много народу. Еще бы. Оно только открылось и пока в целях рекламы не пугало народ своими безумными ценами. Я еле нашел свободный столик и двинулся к нему. Сел, смел все с подноса на стол. Поднимая очередной раз глаза от тарелки на разношерстную толпу окружающих, я вдруг понял, что смотрю на пару очень симпатичных женских ножек, обернутых в легкие колготки телесного цвета и обутые в туфельки на каблучках. Продолжая путь взглядом наверх (весьма возбуждающий путь), я задирал голову наверх до тех пор, пока не увидел ЕЕ лицо и смеющиеся глаза.

- У Вас свободно, — спросила ОНА.

Я продолжал смотреть – при разговоре движение ее губ завораживало, манило прикоснуться к ним и дальше…

-У Вас свободно, — еще раз переспросила она.

Я наконец доглатил котлету и сорвавшимся голосом произнес: «Да, конечно.».

 — Вот и хорошо, а то мы пытаемся место найти минут десять уже наверное.

-Мы?

Очевидно, в моем взгляде была такая растерянность и разочарование, что она поспешила ответить: «Да, мы. Я и мой парень, а вот и он».

К столу, балансируя подносами продирался молодой человек «стандартной» наружности. ОНА помахала ЕМУ и, когда он подошел, сказала:

«Вот молодой человек, любезно разрешил нам присесть за его столик».

За фразой последовал скорый, но внимательный ЕГО взгляд и ОН, бухнов все подносы на стол опустился напротив меня.

 — Меня зовут…, а ее… — проговорил ОН.

 — Очень приятно, — ответил я, — я Алекс.

За едой разговор тек быстро и незаметно. Мы расстались, на следующий день опять встретились и вскоре наши встречи в этом кафе стали регулярными. Однажды (на дворе стояла осень с багряными листьями– мое любимое время года), ОН и ОНА предложили мне съездить с ними в закрытый пансионат, у них были путевки на троих, и кто-то из их друзей не смог в последний момент поехать. Делать мне было нечего, и я согласился.

Пансионат оказался чудным местом – озеро, окруженное лесом, в котором спрятались домики на несколько человек – всего пять или шесть домиков. Что меня восхитило – это полнейшая тишина – только ясная прохлада осени и осеннего солнца на багряных листьях.

По приезду, оставив машину на берегу, мы отправились в «наш» домик на лодке. Я сидел на носу и опустив в воду кисти рук разглядывал струйки воды вокруг них, ОН греб, ОНА сидела на корме. Вдруг я почувствовал, что мир вокруг меня покачнулся,

жуткий холод и… я оказался в постели. Горел ночник. Я встал и обнаружил, что стою совершенно голый. Скрипнула дверь и я поспешил юркнуть опять под одеяло. Вошла ОНА и подошла ко мне.

-А, очнулся наш утопленник, — сказала ОНА, подсаживаясь ко мне на кровать и кладя руку на лоб. От этого прикосновения меня как будто ударило током, и ОНА это заметила и вроде как смутилась и убрала руку.

- Что случилось? — спросил я.

 — Ты сидел на носу, а мы наскочили на корягу. Ты по инерции перелетел через борт и упал прямо на нее. Как твоя черепушка выдержала, на знаю, звук был такой, как будто арбуз раздавили, — чуть улыбаясь, сказала ОНА: — Ну, а потом ОН вытащил тебя и мы поплыли сразу домой. Прошло часа два-три и ты очухался.

Вошел ОН и направился к нам. ОНА встала с постели.

 — А, очнулся наш утопленник, — сказала ОН.

Мы, я и ОНА фыркнули в ответ.

 — Нет, ребята, вы все же очень похожи, — сказал я.

 — Наверное, — согласился он, — иди, посмотри как там ужин.

ОНА вышла из комнаты и он подсел ко мне на кровать, почти так же как несколькими мгновениями садилась она.

 — Тут, такое дело, — начал он, смутился и замолчал.

 — Продолжай, — подбодрил я его.

- Понимаешь, мне не совсем удобно об этом говорить…в общем когда ты упал в воду мы очень испугались и я начал вытаскивать тебя и…ну, мне, в общем, было не до деталей, я в общем-то жизнь тебе спасал…

 — И…

 — Мы утопили почти весь багаж, осталось только пара ЕЕ сумок.

Я начал прикидывать что там было ценного и заключив, что ничего особенного махнул рукой.

 — Не беде, багаж, дело наживное.

- Да, но это не все. Коряга, о которую мы столкнулись, зацепилась за тебя…

 — Точнее я за нее…

 — Неважно…в общем, пришлось тебя там и раздеть, а то бы не вытащили.

 — И…

 — Она, коряга так, наверное, и плавает сейчас в твоей одежде, – грустно усмехнулся он.

- Погоди…ты хочешь сказать, что я…вообще без всего остался?

 — Ну, да. Я завтра съезжу в соседний городок и куплю чего-нибудь, ты не переживай.

 — Да я и не переживаю…как вот только мне быть то теперь – в одеяле ходить.

 — Ну походишь денек, подумаешь, — ответил он.

На следующий день он никуда не поехал. Было две проблемы – лодку они забыли привязать, и она теперь где-то дрейфовала, и лил проливной дождь. Мы сидели в гостиной перед камином, пили глинтвейн и рассуждали о судьбе.

- Нет, ее не обманешь, — говорил ОН.

 — Ну, а как же свобода выбора? — настаивал я.

 — Какая свобода, о чем ты? Вот ты например родился парнем, так?

 — Ну так.

 — А ты выбирал? — гнул он свое.

 — Нет, но это…есть же эти как их там транс…., — я запнулся.

 — Трансвеститы и трансексуалы, — вставила она, — только это опять не выбор, а судьба.

 — Как так, ведь они же сами делают свой выбор.

 — Правильно, только вот на основе чего, — он лукаво улыбнулся и продолжил – на основе программы, заложенной при рождении. Сменить пол – его судьба.

Я неловко заерзал под простыней, которая заменяла мне все одеянии, потому что он был отчасти прав, но признавать мне этого не хотелось.

 — Но ведь есть же куча других вещей, — начал я.

 — Ну да, например, ты и коряга.

 — Что я и коряга?

 — Ну ты же не осознано в нее головой вошел, — продолжил он.

И он опять был прав. И опять я не хотел этого признавать.

 — Давайте поставим опыт, — вдруг предложила она.

 — Какой? — почти одновременно повернулись мы к ней.

 — Ну например…например…, возьмем карты как инструмент случайного и твой случай с корягой, точнее его последствия, — она хихикнула, — то, что ты сейчас сидишь в простыне.

 — Поподробнее, — попросил я.

- Ну мы будем играть например в 21 – весьма случайная игра, с иллюзией выбора, а что бы сделать все интереснее каждый напишет по своему желанию и нежеланию на бумажке. Если проиграешь – выбираем нежелание, выиграл…
– желание.

 — Да, только желания и нежелания надо писать к ситуации отсутствия одежды, — добавил ОН.

Я задумался, тогда у меня впервые возникли подозрения, предчувствия, то я отмахнуля от них и сказал – Ок. Несите колоду.

 — Только после игры не переигрывать, — сказала она, — мы должны подчинится судьбе если она есть.

 —

Я выиграл. Мое желание было получить одежду. Его так и зачитали: «Хочу получить одежду». Потом проиграл ОН, ЕГО нежелание звучало как «Я не поеду за одеждой для Алекса». Я уже понял, что мне придется возвращаться в город в простыне. Но добила меня ОНА, когда проиграла и мы зачитали ее нежелание – «Алекс одевает мою одежду».

Мы сидели. Я был ошарашен, как так получилось.

 — Я…думаю надо забыть это как неудачную шутку, — начал я.

 — Нет, — ОН и ОНА повернулись ко мне, — мы всю жизнь подчинялись судьбе, мы все, и ты, обещал, что не будем переигрывать.

 — Но…

- Давайте в последний раз, Алекс, пиши желание и нежелание и играй, — это твоя судьба, — сказала ОНА и посмотрела на меня. И вдруг понял, что не смогу противится ЕЙ.

 — Хорошо. Мое желание – забыть все это как шутку. А нежелание – сделать, так как вы скажите, — ответил я.

 — Ты пиши, — он протянул мне бумагу и ручку. Я записал сказанное. И проиграл.

Передо мной на стуле было разложено женское белье – трусики стринги, кружевной бюстгальтер с косточками, колготки телесного цвета (она всегда ходила в них), юбка по колено и блузка, и ожерелье. Я вертел все это в руках в который раз. ОНИ ждали меня внизу. Когда я оденусь и спущусь. В качестве гарантии отобрали простыню, как будто я не могу держать свое слово. Было обидно непонятно на кого. Наверное, на судьбу.

Я спускался по лестнице, ОНИ сидели за столом и пили чай.

 — Ну вот и ты, — ОНА подняла глаза, одарила меня улыбкой от которой стало вдруг теплее.

 — Садись, я тебе налью, — ОН поднялся

и подал мне руку, отодвинул стул усадил как истинный джентльмен.

 — Что пьем, — спросил я. Голос мой дрожал, меня кидало то в жар, то в холод.

 — Чай с мятой, — ответила ОНА.

На следующее утро, я опять вынужден был спуститься вниз в женском. ОНИ уже сидели за столом и хихикали.

 — Что смешного? – спросил я, — насилуете человека…

 — Никто никого не насилует. Ты сам выбрал, по твоей теории. Поменял бы местами желание и нежелание, и все было бы ок, — ответил ОН.

- А хихикаем мы потому, что тебя надо довести до кондиции,- добавила ОНА.

 — До какой кондиции? – спросил я, — дождь кончился, когда ТЫ поедешь в город.

 — Ну, во-первых, в город я не поеду, — ответил он, — я же проиграл, должен выполнять свое нежелание.

 — А во-вторых что? И как это не поедешь, сколько это – я провел руками по ногам и почувствовал шелковистость колгот под руками – будет продолжаться.

- Во-вторых, довести до кондиции, это значит, что ОНА тобой займется и превратит тебя в даму, а то ходишь с щетиной, — усмехнулся он.

 — Я думаю до конца заезда, — ответила ОНА (а это еще 10 дней).

 — Да вы извращенцы, — крикнул я и стукнул по столу.

ОНА вздрогнула, ОН нет.

 — Нет, не мы, судьба, -спокойно ответил ОН, — мы же договорились. Ты сам написал «сделать, так как вы скажите»

 — Да я сам дойду, — я направился к выходу.

 — Попробуй, — ответил ОН.

Я раскрыл дверь и холодный осенний воздух обжег меня. Я посмотрел на свои босые ноги, плюнул на это и побежал к берегу и потом вдоль него.

Минут через пять я стал задыхаться. Нет, не от того, что бежал. Что-то вдруг стало сдавливать мне шею, не давать вздохнуть. Я упал. Через несколько минут подошли ОНИ. ОН держал ЕЕ за руку. ОН поднял меня и повел к дому. С каждым шагом становилось легче дышать. ОН объяснял:

 — Ты пойми Алекс, мы не извращенцы, мы поклонники судьбы. Она не дала тебе сейчас уйти. Мы с детства верим в судьбу, мы приняли ее и она нам помогает. Мы не фанатики, не секта, просто

так есть и все.

Я опять лежал в кровати. Пришла ОНА.

 — Не серди ЕГО, — попросила ОНА и присела на кровать.

 — Я не понимаю…

 — А и не надо, делай так как мы договорились, как ты написал, — и все будет нормально, — она взглянула на меня и в ее глазах я прочитал грусть. Она поймала мой взгляд.

 — Да, я то же ЕГО судьба. Я так же «попала» к нему много лет назад. Я со временем стала частью ЕГО. Не серди ЕГО, прошу…

Мы помолчали.

 — Хорошо, — сказал я.

 — Вот и чудно, — улыбнулась она и, скинув с меня одеяло, поманила в ванну.

Я лежал в пене с закрытыми глазами. ОНА задрала мои ноги на край ванны и аккуратно водила чем-то по ним.

 — Ну вот и все, почти – сказала ОНА.

Я открыл глаза и осмотрел свои побритые ноги. Нет уже не ноги – скорее ножки.

 — Смой пену, -попросила ОНА, — встань и повернись.

Я, смущаясь, повернулся к ней попой.

 — Продолжим, — хихикнула она и стала брить мне и ее.

По мере продвижения я поворачивался к ней передом и вот мы оказались «лицом к лицу». Точнее мой член, набухший от пикантности ситуации, торчал у нее перед глазами.

Она аккуратно продолжала брить меня – лобок, живот, возле сосков. Потом вдруг наклонилась и поцеловала головку члена быстрым засосом и отстранилась, окунула меня взглядом.

 — Все вылезай, с бритьем покончено, — скомандовала ОНА, потом лукаво посмотрела, провела кончиком пальца по члену снизу вверх и добавила, — дальше макияж.

Я разглядывал свое лицо в зеркале и не узнавал его. Да вроде, все мое, но чуть подправленное косметикой тут, чуть там оно перестало быть мужским. Вполне симпатичное женское. Я бы сам на улице познакомился бы с «такой». «Мать твою», — отдернул я себя, уже такой, я уже себя в женском лице обзываю.

- Ну вот, осталась только грудь, — ОНА достала два свертка и развернула их передо мной.

 — Это накладки на грудь, для увеличения, — сказала ОНА видя мое удивление, — я иногда…неважно…сейчас мы сделаем под них основу и…прилепим тебе.

Как ни странно проблем с каблуками у меня не возникло. Почти. Как будто всю жизнь на них ходил. Я натянул сапожки и спустился вниз. ОНИ стояли у двери и ждали меня.

 — Куда мы идем? – спросил я.

 — В гости, — ответил ОН.

 — В гости, да вы что, я же….не, ну…

 — Не переживай, мы идем старой паре, они подслеповаты, они неожиданно появились здесь в пансионате и нам надо нанести им визит – дела.

 — А я опять не упаду? Ну не задохнусь? – спросил я, лелея надежду на то, что об этом ОН не подумал.

- Нет, а вот если останешься, то да. Дело не в доме, не в месте, а во мне. Поэтому ты и идешь – ради твоей же безопасности.

Мне нечего было сказать, я подошел к двери, но он отстранил меня, открыл ее и, пропуская вперед, усмехнулся – дамы вперед.

Мы вышли на улицу, он взял меня и ЕЕ под руки и мы, шурша листьями, пошли по тропинке.

В гостях действительно не было ничего страшного. Пожилая чета, оба подслеповатые настолько, что им можно бегемота за балерину выдать отправились после короткой общей беседы обсуждать с НИМ дела, а мы, я и ОНА коротали время смотря на огонь в камине и болтая. Вдруг ее рука легла мне на колено. Я взглянул на нее и успел увидеть, как она облизнула губы, увлажняя их. Ее рука стала поглаживать меня, и я вдруг почувствовал сильное возбуждение от того, что кто-то гладит меня через шелковистую ткань колгот.

Возбуждение нарастало, и сквозь юбку проступил холмик растущего члена. Она это заметила, убрала руку и сказала:

 — Придется что-то придумать, а то твой, — она кивнула на холм, — всю картину портит. Я покорно кивнул.

Когда мы вернулись, она подозвала меня и мы прошли в мою комнату. Она задрала на мне юбку, приспустила колготки и…сильно стукнула по члену ладошкой. Я от неожиданности вскрикнул, она ударила еще раз. Я уже мало, что соображая оттолкнул ее от себя, она упала назад и тут я опять почувствовал…
удушье. Я упал на колени и схватился руками за спинку стула.

- Не зли ЕГО, — проговорил ее голос у меня над ухом. Несмотря от абсурдности ситуации тепло ЕЕ дыхания, ее губ сильно возбудили меня. ОНА же опустилась предо мной и стала опять бить ладонью по члену. Он от такой весьма больной экзекуции стал быстро уменьшаться. Шлепнув меня еще пару раз, она взяла мой член, задрала мне левую ногу и вложила член между ногой и яйцами. Одела трусики и колготки. Получилось, что член сам не смог бы уже выбраться из этой ловушки и топорщить юбку.

 — Во так будешь делать сам, каждый раз – сказала ОНА. Я же только смог пожать плечами.

На следующий день, я заручившись разрешением отправился погулять. Когда я возвращался к дому, то заметил, что на причале стоит лодка. Поскольку нашу так никто и не нашел, значит, кто-то к нам приехал. Я осторожно подошел к окну и заглянул в него. Я увидел как в комнату где сидел ОН и незнакомец вошла ОНА, обняла вновь прибывшего. До меня донесся ЕГО голос:

 — …он приехал к нам на пару дней.

Делать было нечего и я поправив все «бодро» дико трясясь отправился к двери и вошел.

Все повернулись ко мне, и я буквально почувствовал на себе оценивающий взгляд незнакомца.

Я застыл в дверях, не зная как начать разговор. Его начал ОН:

 — Знакомься, это Алекс, — он указал на меня, — она ЕЕ подруга.

 — Да, к сожалению, она немая, — продолжила ОНА, убирая мой мужской голос как проблему.

 — О, я восхищен, — сказал незнакомец, — меня зовут Себастьян, можно Себ.

Он взял мою руку, поднес к губам и поцеловал.

 — Себастьян поживет у нас пару дней, — продолжил ОН.

Я, изображая радость на лице, согласно закивал.

Вечером опять пошел дождь, и так как в пансионате не было ни ТВ ни радио, ничего, отвлекающего тебя от природы, мы все сидели на веранде.

 — Холодает, — заметил Себ, посмотрел на меня и добавил, -, а давайте устроим танцы что-ли.

ОНА вскинула голову, ОН отвлекся от созерцания озера и ОНИ оба почти одновременно ответили: «Нет».

 — Ну почему, — удивился Себ.

- Все твои танцы, кончаются одинаково, — ответил ОН и хотел добавить как, но Себ его перебил обращаясь ко мне, — Вот Алекс, например, может хочет потанцевать.

Я в пику что ли ИМ радостно закивал головой.

 — Вот и решено.

 — Вы как хотите, а мы пойдем погуляем тогда, — заявили ОНИ.

Мы кружились по веранде. Себ меня вел. Я сам когда-то много лет посвятил танцам, поэтому у нас отлично получалось. Вращение и выпитое вино вскружили мне голову и не хотелось ни о чем думать, только вот так кружится и кружится. Музыка смолкла. Мы с Себом вернулись к скамейке, присели и он протянул мне бокал. Я сделал маленький глоток, но Себ, усмехнувшись, сказал, – До дна. Мне не хотелось спорить, было и лень и не хотелось, и я допил вино.

Потом были еще танцы и еще. Руки Себа все больше и больше прикасались ко мне, опускались все ниже и ниже. Вот уже его рука стискивает мою попку, другая прижимает спину, толкает мой живот навстречу его животу и я чувствую, как по нему проходят волны. Я кричу себе остановится, но не могу – я все с ужасом жду момента, когда он доберется до моей мужской сути, как тогда действовать. Но вот музыка смолкает и Себ отпускает меня.

Я стою весь мокрый от напряжения. Член мой хочет вырваться наружу, но завернутый назад не может выбраться от чего мне становится больно. Боль возвращает меня на землю, призывает быть разумным, а потом идет опять волна возбуждения.

Себ идет к скамейке, садится на нее, берет бокалы и предлагает выпить на брудершафт. Мы пьем, он целует меня, я таю под его натиском, открываю рот и жадно ловлю его язык. Мои руки опускаются, расстегивают его штаны, спускают их, сдергивают трусы, и я вижу перед собой член Себа.

Это зрелище чуть отрезвляет меня, но не на столько что бы остановится,

да и Себ уже на полном взводе. Я опускаюсь на колени, отгибаю пальцами его

крайнюю плоть, смазка выходит из его головки и капает мне на юбку. Я открываю рот, облизываю губы и первый раз пробую на вкус мужскую плоть. Сначала нежно, кончиком языка, потом обхватываю член губами все дальше и дальше. Отпускаю его. И опять. Я слышу стон Себа и этот стон заводит меня, я начинаю лизать его член с остервенением как будто я не пил целую вечность, а его член – оазис в пустыне.

Я оттягивая плоть до конца, сжимаю член у основания, а второй рукой глажу его яйца и туннель члена за ними. Чуть нажимаю туда, сосу. Руки Себа ложаться мне на голову, заставляют еще глубже глотать его. Мой лоб прижат к его паху, к низу живота Себа и я чувствую им, что Себ вот-вот кончит. Я сосу еще сильнее, одновременно дрочу его член рукой. Финальный стон, фонтан спермы во рту, на лице. Себ сгинаеться, хватает мою голову руками и застывает на пару минут. Я тяжело дышу, не понимаю, кто я и где я, что я делаю, как с кем, просто делаю и все. Наконец Себ распрямляется, откидывается назад и проводит рукой мне по волосам. Я хочу вылизать его, слизать всю сперму до конца, он не мешает, а только тихо постанывает.

Закончив, я встаю, поправляю одежду, беру бумагу и карандаш и пишу:

«Себ, твои танцы так кончаются?» и протягиваю бумагу Себу.

Он встряхивается, и улыбаясь отвечает – Нет, только с очень красивыми девчонками.

Я улыбаюсь, больше себе, чем ему и ухожу в дом.

Себ уехал рано утром, пока я спал. Мне стало обидно, что со мной не попрощались, но потом ОНА передала мне бумажку: «Спасибо, за самый классный танец».

Несколько дней прошло без происшествий. Я все больше вживался в роль Алекс – девушки и начал думать, что это не столь уж и «плохо».

Однажды ночью ко мне пришла ОНА. Тихо дотронулась, разбудила и прижав палец к губам села рядом.

 — Я так больше не могу, — сказала ОНА, — я хочу тебе все рассказать….

Близость ЕЕ тела и шепот возбудили меня и я обнял ЕЕ. ОНА отстранилась и сказала

 — Потом, если будет время, я пришла не для этого.

 — Для чего же тогда, — спросил я тоже шепотом.

 — Я…это…эта ситуация, она…- начала ОНА.

Договорить ЕЙ не дал ОН. ОН ворвался в комнату, скинул одеяло, схватил ЕЕ за руку и сдернул с кровати. Молча он подошел к ней, сидящей на полу и ударил ладонью по лицу.

 — Опять, — зарычал ОН, — опять благотворительностью занимаешься.

ОНА склонившись перед ним начала тихо всхлипывать и бормотать «Я не хотела…я больше не буду…»

ОН ударил ЕЕ еще раз.

 — Ты сука, ты ей была, я дал тебе шанс, а ты его просрала, ты сука есть и будешь, — зарычал ОН опять.

 — Обе вставайте и одевайтесь, ОНА расскажет тебе как, — завершил ОН и вышел из комнаты.

Я не мог поверить своим глазам, мог только открывать рот и пытаться сообразить, что произошло.

 — Пошли, — поднимаясь, сказала ОНА.

 — Но, — попытался возразить я.

 — Лучше пошли, все, ответов больше не будет, — ОНА вытерла слезы и вдруг злом на меня посмотрела, — наверное, я и впрямь дура, коли пришла к тебе. Ничего теперь буду умнее.

\В пансионате кроме уединенных домиков были и объекты общего назначения – администрация, клуб. Я там до этого никогда не был. И вот теперь я стоял, точнее для всех стояла в черной мини, колготках, в длинных обтягивающих ногу сапожках на высоком и очень тонком каблуке, топ из резино- и коже- подобного материала завершал мой наряд. ОНА стояла рядом в похожем наряде. Мы стояли на сцене, а в зале потихоньку собирались люди – пять человек, уже десять, уже двадцать. Когда очевидно все собрались и расселись ОН вышел вперед и начал:

- Дамы и господа, собратья мои по вере в судьбу, а не в выбор, позвольте представить Вам виновников сегодняшнего собрания. ОН указал на нас.

 — Как вы помните мы заключили с приверженцами воли и выбора сделку – сделку честной игры. ОНА нарушила ее – он указал на НЕЕ.

 — ОНА будучи наблюдателем, подсовывала ситуации, облегчающие выбор, мешала судьбе…
взять свое. ОНА по условиям договора должна быть наказана.

Зал загудел.

- В чем конкретно ты меня обвиняешь, — спросила ОНА ЕГО. ОН развернулся к ней и начал перечислять:

 — Ты предложила играть ему еще раз, ты подсунула Себа, который должен был вывести его, — он указал на меня, — из равновесия, ты пришла к нему и хотела все рассказать.

Последнюю фразу ОН почти кричал. Я стоял рядом и видимо только один услышал ЕГО продолжение, сказанное шепотом – «хотя я и любил тебя…»

- Голосуем, — спросил ОН.

 — Виновна, — полетело из зала.

 — Большинством виновна, — подвел итог ОН, — несите стол.

Принесли стол. ЕЕ положили лицом на стол, оставив стоять ноги. Шею ЕЙ пристегнули к столу цепочкой, руки развели в стороны, вывернули в запястьях и привязали по углам стола. Юбку задрали к верху и повернули стол так, что бы ЕЕ промежность и попа были видны всем.

- Кто будет наказывать, — принеслось из зала.

 — Сначала это сделать хотел я, — признался ОН.

 — Но потом подумал, что пусть это будет выбор, он зло усмехнулся и достал лист бумаги, поднес бумагу к ЕЕ руке и сказал, — выбирай.

ОНА ткнула в лист и он поднял его.

 — У, — еще больше заводясь, сказал он, — это будешь ты. И он указал на меня.

Во рту у меня пересохло, я еле понимал, что происходит и мне удалось выдавить: — Что надо делать?

 — Хороший вопрос, — ОН повернулся к залу, — по одному.

Поднялась дама,- я вижу, что они нашалили, а шалость надо наказывать поркой, пусть раз десять ремнем пройдет по этой попке, — и под вой в зале она села.

ОН повернулся ко мне и сказал, — вот видишь. ОН снял совой ремень.

-Давай, пори.

Я взял ремень и с ужасом осознал, что мне придется сделать. И никак иначе. Я размахнулся и ударил по ЕЕ оголенной попе.

 — Не так не пойдет, это ты ЕЕ так заласкаешь, — выкрикнул кто-то, — предлагаю не засчитывать такие удары.

 — Ноль, — согласился ОН.

Я, сдерживая слезы, замахнулся и врезал еще раз. ОНА дернулась вперед и вздохнула.

- Раз, сказал ОН, -два, три, четыре, пять, шесть…

На каждом счете удар ремня врезался ЕЙ в плоть, оставлял след. ОНА стонала, под конец слезы текли у нее ручьем.

-Дальше, — сказал ОН.

Поднялся следующий человек, — Свечу ей. В анус.

 — Хорошо, — бодрым голосом, как ведущий ток-шоу отозвался ОН.

Принесли свечу. Я взял свечу и подошел к НЕЙ.

- Ах ты ублюдок, — закричала ОНА и попыталась лягнуть меня ногой. Я успел отскочить, держа горящую свечу. К ней подошел ОН, — ты и тут не уважаешь закон. Я тебя предупреждал.

С этими словами он развернулся к залу и прокричал, — трех парней сюда. Вышли трое.

- Сначала, мы определимся с тобой, — ОН повернулся ко мне, — ты сам выбрал себе такую судьбу, она тебя выбрала, это не важно. Важно, то, что нарушив, договоренности ОНА подставила и тебя. Так что наказывать тебя будем то же. За компанию.

ОН сделал знак и принесли еще один стол.

- Хорошо будешь «работать», — до этого не дойдет сказал ОН. Меня опустили на колени и завязали руки за спиной. Ко мне подошел вызванный парень и расстегнул ширинку. Его член повис передо мной.

-Заведи его, крошка, — склонившись прошептал ОН.

Я начал целовать член парня от головки к основанию, член набух. Языком я начал проводить по его головке, суя его член все глубже себе в горло. Парень стоял и не шевелился. Это было странно, не как с Себом, но меня опять завело. Завел член во рту, возможность его пососать, покусать и поласкать языком.

 — Следующий, — сказал ОН.

Подошел второй, я и ему начал поднимать член. Меня развернули боком и я увидел как первый из них подошел к НЕЙ и с уже стоячим членом вогнал его ЕЙ в промежность. ОНА выгнулась и парень стал ее трахать, жестко, до чавканья вгоняя член ей в пизду.

Когда у второго парня член поднялся он отошел к НЕЙ и встав перед НЕЙ сунул его ей в рот. ОНА не могла пошевелить

головой и он фактически трахал ее в рот. Ко мне подошел третий. Я облизнул губы и начал опять сосать, посматривая как дела у НЕЕ. ОНА сопротивлялась, сопротивлялась животному инстинкту, пыталась отстранится от происходящего.

Первый парень кончил, вынул из нее член. Второй отошел ото рта и ткнул свой член ЕЙ в пизду. В это время я обсасывал член третьего парня, , но тот лишь ухмыляясь смотрел на меня. Его член никак не вставал.

 — Ты плохо «работаешь», — сказал ОН подходя, отошел мне за спину и я почувствовал жгучую боль. Ремень врезался мне в попу, я застонал.

 — А больно, — соси лучше, — иначе повторим.

Я опять принялся сосать член третьего. Сколько так продолжалось я не знаю. Они менялись у меня и у НЕЕ. Я сосал, ЕЕ трахали в рот и в пизду. Я перестал понимать что происходит, я знал только одно – надо сосать, мой язык уже еле ворочался, но каждый раз получая удар ремнем я начинал сосать с новой энергией.

Наконец ОНА кончила, я слышал, как ОНА рыдала.

- Ты осознала, что была не права, — подошел ОН к НЕЙ.